СТРУКТУРНЫЕ ПЕРЕКОСЫ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ:
КРИЗИС И ПРЕОДОЛЕНИЕ

 

М.Кудрявцев, Р.Скорынин

 

 

 

 

 

 

 

 

«Государство и экономика»

 

"Задержать темпы – это значит отстать. А отсталых бьют".

И.В.Сталин

Введение. 3

Часть первая. 9

Глава 1  Положение в современной России. 9

Глава 2  ООО «Провал». 20

Глава 3  Агрокрах. 37

Глава 4  «Дорогая моя столица». 46

Часть вторая. 57

Глава 5  Советское наследие с перестроечными штрихами. 57

Глава 6  Политэкономия российских реформ.. 76

Глава 7  Всё так и планировалось. 108

Глава 8  Сохранение дисбаланса: переход в хроническую фазу. 121

Часть третья. 166

Глава 9  Экономическая политика устойчивого развития. 166

Глава 10  Первый шаг догоняющего развития. 207

Глава 11  Контуры экономической программы.. 256

Заключение. 297

Приложение 1. Неравномерное изменение положения сельского хозяйства и других отраслей в ходе реформы.. 299

Приложение 2.  «Вавилонское столпотворение». 313

Приложение 3.  Верна ли теорема Паршева?. 326

Литература. 344

Введение

За 15 лет, прошедших после перехода российской экономики от «плановой» системы к «рыночной», в экономической публицистике были сформулированы, обоснованы и приняты в качестве основных несколько версий о причинах экономического краха 90-х годов. Ниже мы перечислим эти общепринятые версии и кратко представим своё мнение по каждой из них. Причины, изложенные в этих версиях, казалось бы, очевидны и хорошо объясняют, что и как привело экономику к коллапсу. Тем не менее, имеется группа родственных факторов, которым, на наш взгляд, не было уделено должного внимания либо была дана поверхностная интерпретация. Речь идёт, прежде всего, о резком и неравномерном изменении спроса на продукцию различных отраслей и о растущей несбалансированности цен в результате их неравномерного роста – факторах, которые привели к неравноправию разных секторов народного хозяйства и обусловили невыгодность или даже невозможность сразу многих видов экономической деятельности. Всё это существенно изменило структуру экономики, то есть привело к тому, что принято называть структурным перекосом, – неблагоприятному по каким-то критериям соотношению определённых агрегированных параметров, например, слишком высокой доле добывающих отраслей в российской промышленности по сравнению с обрабатывающими.

И хотя наличие структурных перекосов признаётся сейчас повсеместно, критическая важность факторов, связанных с неравноправным положением секторов народного хозяйства, по нашему мнению, не вполне осознаётся до сих пор. Так, распространено мнение, будто изменение ценовых и спросовых параметров, приведшее к убыточности значительной части производства, было вызвано группой причин, на которые при всём желании нельзя было повлиять. В результате те причины массовой убыточности, которые находились под контролем правительства, остаются без должного внимания исследователей. Поэтому не удаётся вскрыть механизмы, приведшие к такому эффекту, и понять, какие регулирующие меры государственного воздействия на экономику оборачивались усилением либо ослаблением разрушительных процессов. В то же время, только изучив на примере этого периода, как государственная власть влияет на экономику с помощью прямо регулируемых параметров экономической системы, нам удастся понять, какими мерами можно возродить экономику, а какие решения принимать нельзя.

Целью настоящей работы является политэкономическое исследование ключевых факторов, вызвавших структурные перекосы народного хозяйства России, анализ современного экономического положения страны, разработка пакета предложений, способных преодолеть текущие экономические неурядицы нашей страны, и рассмотрение вариантов возможных решений для дальнейшего экономического развития России.

* * *

Прежде всего поясним, почему мы собираемся сфокусироваться именно на ценовых и спросовых перекосах, не уделяя равного внимания другим подходам. Несколько упрощая, другие подходы к объяснению экономического кризиса можно разбить на две большие группы, отличающиеся степенью конкретности. Начнём с первой группы, оперирующей общими категориями плана и рынка:

1.      Советская экономика производила никому не нужные вещи, была неэффективной и неизбежно двигалась к закономерному краху, который и наступил, как только упали цены на нефть.

2.      Кризис – не более чем временный спад, вызванный самим процессом перехода к новым рыночным отношениям, заменившим прежние директивные механизмы плановой экономики. По мере становления новых институтов, рыночная система покажет свою эффективность и с лихвой компенсирует всё упущенное за годы перехода.

3.      Обвал вызван самим переходом к рынку, несовместимым с основными национальными чертами русского народа.

По нашему мнению, ни одно из этих объяснений не даёт адекватного ответа на вопрос о причинах кризиса, по меньшей мере, в том аспекте, который нас интересует. А именно, предложенные варианты, даже если в них и содержится зерно истины, не отвечают на вопрос, какими регулирующими мерами правительства этот кризис можно было предотвратить или хотя бы существенно смягчить. Первый тезис о том, что советская экономика всё больше отставала от западной и двигалась к неминуемому краху, противоречит общедоступным статистическим данным и сравнительным историческим оценкам производительности. Согласно сравнительным оценкам [см., например, (102) с.423], за последние 200-300 лет Россия не приближалась по общему уровню экономического развития к ведущим западным странам так близко, как это было в 1980-х. Что же касается цен на нефть, то заметим, что доля сырьевого экспорта в ВВП страны была незначительной. Образовавшийся в результате падения цен на нефть внешнеторговый дефицит в 20 млрд. долл. соответствовал примерно 1% ВВП по паритету покупательной способности, и эта недостача могла быть легко перекрыта минимальным сокращением потребления после некоторого изменения структуры внутренних цен и состава внешнеторговых сделок.

Тезис о том, что сам по себе переход к новому укладу должен вызвать спад, не более чем отговорка, так как не указывает конкретных причин и механизмов обвала, не оценивает глубину и продолжительность спада, происходящего при переходе от одной системы к другой. (Если такой переход займёт тысячу лет, то перспектива предстоящего рыночного подъёма просто неактуальна.) Да и не доказано сторонниками этого тезиса, что абстрактная «рыночная система» более «эффективна», чем абстрактная «плановая» – а то ведь может оказаться, что не стоило и затеваться с «переходом». Мало того, они не дают чёткого описания, что именно можно считать рыночной экономикой. Ведь сам Запад признаёт те или иные страны государствами с рыночной экономикой исходя из политической целесообразности, а не в зависимости от экономического устройства в данных странах. Фактически, данный подход предлагает сидеть и ждать, пока «рынок расставит всё по своим местам», а это совсем не то, чем мы должны располагать для предотвращения таких же кризисов в будущем.

Наконец, третья версия – обвал вызван самим фактом перехода от «плана» к «рынку», неподходящему для русского народа, – неконкретна и не содержит ясных указаний на то, какие именно параметры экономической системы изменились настолько, что это привело к остановке половины производства, и при чём тут национальные черты. Можно попробовать оценить степень «рыночности» через долю национального дохода, перераспределяемого государством. Ведь любая экономическая система содержит элементы равноправного добровольного обмена («рынка») и отношений силового изъятия и «даров», к которым относится перераспределение государством доходов через бюджет. Без конкретизации, что именно в этих отношениях изменилось в 1992 году, нельзя понять, почему 1993 год надо считать более «рыночным», чем 1989, а не наоборот. Если доля национального дохода, перераспределяемого государством, в 1992 году упала, то есть выросла доля «рыночных доходов», то не понятно почему дело не ограничилось одним лишь перераспределением доходов. Почему при этом производство упало вдвое?

Конечно, к определению степени «рыночности» можно подойти и с точки зрения степени централизации при принятии решений о развитии экономики. Сравнивая «плановые» и «рыночные» инструменты, можно сказать, что ликвидация ЦК, Минобороны, Госплана, отраслевых министерств и других органов, которые выступали главными генераторами экономического роста, убрала прежние плановые рычаги, заставлявшие народ развивать экономику, а новых рыночных институтов не появилось или их действие на русских слишком слабо. Собственно, это объяснение соответствует смягчённому варианту третьей версии, гласящему, что не следовало пытаться слепо пересадить в российскую среду чужеродные экономические институты, потому что они не выполнили бы всего того объёма функций, которые выполняли на Западе. Но нам кажется, что и этот довод мог бы объяснить только остановку в развитии, но никак не двукратный спад. Ведь подавляющее большинство советских предприятий было вполне рентабельно, и само по себе исчезновение принуждающих к деятельности центральных органов не должно было помешать им хотя бы остаться на достигнутом уровне, так чтобы в экономике продолжилось циркулирование прежних ресурсов и товаров по отработанным маршрутам!

Вторая группа объяснений не так метафизична и выделяет более конкретные факторы обвала:

·        Криминальная приватизация, расхищение и проедание собственности, вывоз капитала

·        Расстройство хозяйственных связей, обусловленное распадом Советского Союза и уничтожением институтов, осуществлявших давление по всей экономической вертикали – Госплана, Госснаба, Госстроя и других

·        Высокая инфляция, особенно сильно ударившая по производствам с продолжительным производственным циклом

·        Неконкурентоспособность большинства продукции, производимой в обрабатывающих отраслях.

Признавая эти объяснения, в принципе, верными, заметим, что это не совсем те составляющие экономического процесса, которые интересуют нас в связи с поставленной задачей. Высокий уровень экономической преступности и несправедливое перераспределение собственности описывают, по нашему мнению, важный, но не первостепенный фактор обвала. В самом деле, кто бы ни захватил предприятие в собственность, он мог бы, на худой конец, какое-то время вести дела по прежней рутине, на что не требуется особых организационных талантов. А со временем выделились бы новые талантливые управляющие (возможно, из старого аппарата), так что новым владельцам было бы выгодно передать собственность под их начало за часть дополнительной прибыли. Реформаторы даже ссылались на т.н. «теорему Коуза», которая якобы утверждает, что такой переход собственности к наиболее эффективным управляющим обязательно произойдёт, а поэтому не важно, кому и что достанется в ходе приватизации (115). Независимо от того, верна ли вообще и применима ли в данном случае теорема Коуза, само по себе перераспределение прав собственности, казалось бы, должно было всего лишь перераспределить доходы от владения, но не обрушить экономику! Значит, дело не только в воровстве и правах собственности: как будет показано ниже, даже если бы предприятия оставались в государственной собственности под управлением честнейших директоров, нерентабельность многих производств и, вслед за ней, экономический спад были бы всё равно неизбежны.

Есть ещё один повод отложить рассмотрение «воровской» версии как основной: она не объясняет, почему в разных отраслях наблюдались разные темпы спада – ведь воровать должны были во всех отраслях одинаково, и в нефтедобывающей компании, и на мебельной фабрике. Тем не менее, судя по динамике уменьшения производства в 1992-1997 гг., получается, что нефтяные и алюминиевые магнаты были просто душками и альтруистами по сравнению с алчными обувщиками и криминальными картонажниками (см. таблицу 1). И поскольку это не так, значит, в данном объяснении какие-то более важные факторы остались незамеченными.

Таблица 1.  Индексы промышленного производства
 по отраслям промышленности (1990=100)

	1992	1995	1998
Вся промышленность	75	50	46
Электроэнергетика	96	80	75
Топливная промышленность	87	69	65
нефтедобывающая	84	69	68
нефтеперерабатывающая	88	66	62
газовая	98	87	85
угольная	93	74	66
Чёрная металлургия	77	59	52
Цветная металлургия	68	55	54
Химическая и нефтехимическая промышленность	73	47	43
химическая	71	49	43
нефтехимическая	78	42	36
Машиностроение и металлообработка	77	41	37
машиностроение	75	39	35
Лесная, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность	78	44	34
Промышленность строительных материалов	78	44	29
Лёгкая промышленность	64	18	11
текстильная	63	19	12
швейная	70	22	21
кожевенная, меховая и обувная	70	19	10
Пищевая промышленность	76	52	46
пищевкусовая	86	61	62
мясная и молочная	65	40	31
рыбная	78	59	53
Мукомольно-крупяная и комбикормовая промышленность	82	52	41

 

Следующая гипотеза связывает обвал с разрывом хозяйственных связей. Безусловно, данный фактор очень важен, но и тут возникают вопросы: почему хозяйственные связи были разорваны, как только прекратилось прямое принуждение к ним, если раньше эти же связи были экономически выгодны почти всем участвующим сторонам и обеспечивали рентабельную экономическую деятельность?

Далее следует «инфляционное» объяснение кризиса. Конечно же, инфляция больно ударила по целому ряду отраслей, но, как видно из приведённой таблицы, прямой связи степени спада с продолжительностью производственного цикла не наблюдается. Лёгкая промышленность, отличающаяся коротким производственным циклом, упала куда больше, чем машиностроение.

Наконец, объяснение спада неконкурентоспособностью продукции – не более чем констатация задним числом того факта, что предприятия разорились, не выдержав конкуренции с иностранными производителями. Такое объяснение не имеет никакой ценности, потому что из него в принципе невозможно увидеть, как повысить конкурентоспособность.

Итак, какое бы из общепринятых объяснений экономического кризиса мы ни взяли, оно либо даёт искажённую картину, не соответствующую реальным параметрам экономического развития, либо является общей отговоркой, из которой не видно, как можно было избежать экономического обвала.

В настоящей работе мы хотим предложить свою версию причин разрушения народного хозяйства и раскрыть действие ещё одной группы факторов, не получившей, по нашему мнению, достаточного освещения в экономических обзорах. В рамках нашей модели, основной причиной обвала экономики в первой половине 90-х годов и фактического топтания на месте в настоящее время стала, назовём это так, неграмотная ценовая, налоговая и бюджетная политика. Без перехода к адекватной экономической политике в ценовой, налоговой и бюджетной областях, нечего и рассчитывать на серьёзные структурные изменения в экономике. Мы попытаемся более детально вникнуть в процесс так называемого «перехода к рынку» и показать, как конкретные решения органов государственной власти по управлению экономикой привели к цепной реакции разорения предприятий, обнищания населения и других составляющих произошедшей катастрофы. При этом укажем возможную альтернативную политику государственной власти, которая могла бы повернуть ход событий в более благоприятное русло.

* * *

Работа построена следующим образом. В четырёх главах первой части, в рамках первичного сбора данных, дана общая характеристика современного состояния российской экономики и её конкретизация для основных структурных перекосов в народном хозяйстве – инвестиционном, отраслевом и региональном.

В четырёх главах второй части приведены основные теоретические модели, описывающие причины краха, и даётся собственно описание стартовой ситуации и хода экономического обвала. В этих главах упор делается на ценовых и спросовых факторах кризиса. Мы убеждены, что без адекватного понимания воспроизводящегося дисбаланса цен и недостаточного спроса на некоторых микрорынках невозможно предложить программу выхода из сырьевого штопора, в котором российская экономика пребывает по сей день. Во второй части ставится цель описать именно этот аспект экономического устройства России, для чего нам придётся исключить из рассмотрения многие факторы, «подпиливающие» российскую экономику с других сторон. Это не значит, что мы считаем прочие факторы вообще несущественными – просто их нужно учитывать при изучении иных аспектов экономического устройства и для разработки других направлений экономической политики. Подробный анализ их в пределах данного текста был бы невозможен, потому что требует использования инструментов экономической теории, отличных от принятых в данной книге.

Третья часть посвящена нашим предложениям по выходу из кризиса. Не ограничиваясь выделением основной меры – налогово-ценовой реформы (глава 10), – мы обосновываем принципы среднесрочной политики, которая могла бы предотвратить появление новых структурных перекосов в будущем (глава 9), и выдвигаем комплексную программу первых шагов минимальной экономической реформы, позволяющей преодолеть наиболее острые экономические неурядицы.

В приложении 1 даны графики с данными, иллюстрирующими на примере сельского хозяйства положение о неравноправном положении отраслей в ходе развития кризиса. Во втором приложении даётся теоретическая модель, раскрывающая один из факторов переполненности мегаполисов в условиях неравноправного положения регионов. В третьем приложении, с целью представить альтернативную нашей точку зрения на причины сложившегося положения, разобраны теоретические основы популярного в наши дни учения А.П.Паршева, объясняющего современные проблемы России не столько специфическими ошибками в политике правительства, сколько непреодолимыми факторами (географическими и климатическими), отменить действие которых наш народ не в состоянии.

Мы старались написать книгу в доступной для неспециалистов форме и излагать основные теоретические модели чуть ли не «с нуля». Тем не менее, мы рекомендуем читателям, желающим глубже ознакомиться с основами экономической теории, экономической историей России и актуальными прблемами современной мировой экономики, вышедшую в этой же серии книгу М.Кудрявцева, А.Мирова и Р.Скорынина «Догоняющее развитие и экономические уроки российской истории».

Настоящее издание подготовлено на основе второго тома ранее вышедшей книги М.Кудрявцева, А.Мирова и Р.Скорынина (66) [главы 1–4, 9 и 12], в которую вошли статьи Р.Скорынина (106), (107) и (108), а также на основе работы Р.Скорынина и М.Кудрявцева (110) [главы 5–8 и 10] и вошедшего в неё приложения 2, написанного М.Кудрявцевым. Соавтором глав 1 и 4 является А.А.Миров, а большая часть приложения 3 написана нами на основе собранного им материала. По сравнению с ранее вышедшей работой (66) обновлены данные о современном экономическом положении России (главы 1–4), существенно переработано приложение 2 и актуализирована программа экономических реформ (глава 11).

* * *

Книга ориентирована на широкий круг читателей: чиновников, военных, научных и медицинских работников, технической и творческой интеллигенции, рабочих и крестьян, служащих, предпринимателей, зарабатывающих на жизнь и добивающихся жизненного успеха и признания самостоятельным трудом, развитием и использованием своих способностей. Одним словом, это те категории граждан, которые и в советские годы, и в настоящее время чувствуют себя частичкой народа России, которые небезразличны к ней и готовы поднимать страну из состояния разрухи. Поэтому мы старались, чтобы текст и мысли были достаточно легко поняты ими. Книга может быть полезна и студентам для изучения экономики и законов функционирования общества.